курсовые,контрольные,дипломы,рефераты
Федеральное казенное образовательное учреждение
Высшего профессионального образования
«Кузбасский институт Федеральной службы исполнения наказаний»
Кафедра ________________________________________________
К о н т р о л ь н а я р а б о т а
По дисциплине ________________________________
Тема: __________________________________________________________
________________________________________________________________
Выполнил_______________________
ФИО
________________________________
№ группы, срок обучения, год набора, курс
___________________ /____________
№ зачетной книжки/ вариант
Новокузнецк 2013
Содержание
Введение
1. Даосизм. Основные положения и его значение.
2. Основные концепции конфуцианства. Конфуцианский гуманизм. Формы поведения «Ли»
3. Моизм. Учение Мо-цзы.
4. Легизм - школа «законников»
Заключение
Список использованной литературы
Введение
В своем возникновении политико-правовая мысль повсюду у древних
народов на Востоке и на Западе – у древних египтян, индусов, китайцев, вавилонян, персов, евреев, греков, римлян и др. – восходит к мифологическим истокам и оперирует мифологическими представлениями о месте человека в мире. На ранней стадии своего развития воззрения, условно именуемые как политические и правовые, еще не успели отделиться в относительно самостоятельную форму общественного сознания.
Китай – страна древней истории, культуры, философии; уже в середине
второго тысячелетия до н. э. в государстве Шан-Инь (XVII-XII вв. до н. э.) возникает рабовладельческий уклад хозяйства. Труд рабов, в которых обращали захваченных пленных, использовался в скотоводстве, в земледелии. В XII веке до н. э. в результате войны государство Шань-Инь было разгромлено племенем Чжоу, которое основала свою династию, просуществовавшую до III в. до н. э.
В эпоху Шан-Инь и в начальный период существование династии Джок
господствующим было религиозно-мифологическое мировоззрение.
Важнейшим элементом древнекитайской религии был культ предков,
который строился на признании влияния умерших на жизнь и судьбу потомков.
Разложение первобытнообщинного строя и появления новой системы
общественного производства не привели к исчезновению мифов.
Философия Древнего Китая тесно связана с мифологией. Однако эта
связь имела некоторые особенности, вытекавшие из специфики
мифологии в Китае. Китайские мифы предстают прежде всего как исторические предания о прошлых династиях, о «золотом веке».
На ряду с появлением космогонических концепций, в основе которых
лежали силы ян и инь, возникает наивно-материалистические концепции, которые прежде всего были связаны с «пятью первостихиями»: вода, огонь, металл, земля, дерево.
Борьба за господство между царствами привела во второй половине III
в. до н. э. к уничтожению «Сражающихся царств» и объединению Китая в централизованное государство под эгидой сильнейшего царства Цинь.
Глубокие политические потрясения – распад древнего единого
государства и укрепление отдельных царств, острая борьба между крупными царствами за гегемонию – нашли свое отражение в бурной идеологической борьбе различных философско-политических и этических школ. Этот период характеризуется рассветом культуры, философии и политико-правовых учений.
1. Даосизм. Основные положения и его значение.
Основателем даосизма, одного из наиболее влиятельных течений
древнекитайской философской и общественно-политической мысли, считается Лао-цзы (VI в. до н.э.). Его взгляды изложены в произведении «Дао дэ цзин».
В отличие от традиционно-теологических толкований дао как
проявления «небесной воли» Лао-цзы характеризует дао как независимый от небесного владыки естественный ход вещей, естественную закономерность. Дао определяет законы неба, природы и общества. В отношении к дао все равны.
Все недостатки современной ему культуры, социально-политическое
неравенство людей, бедственное положение народа и т.д. Лао-цзы приписывает отклонению от подлинного дао. Протестуя против существующего положения дел, он вместе с тем все свои надежды возлагал на самопроизвольное действие дао, которому приписывается способность восстанавливать справедливость.
Существенная роль в даосизме отводится принципу недеяния,
воздержанию от активных действий. Недеяние выступает в этом учении прежде всего как осуждение антинародного активизма властителей и богатых, как призыв воздержаться от притеснений народа и оставить его в покое. Народ голодает оттого, что власти берут слишком много налогов.
Все неестественное ,согласно даосизму, это отклонение от дао и
ложный путь. Влияние естественного вообще на общественную и политико-правовую жизнь в целом, по данной концепции, осуществляется на путях такого следования дао, которое скорее означает отказ от культуры и простое возвращение к естественности, нежели дальнейшее совершенствование общества, государства и законов на основе и с учетом каких-то позитивных требований дао.
Однако восхваляемое даосизмомнедеяние означало вместе с тем и
проповедь пассивности. Даосистской критике культуры и достижений цивилизации присущи черты консервативной утопии. Поворачиваясь спиной к прогрессу, Лао-цзы призывал к патриархальной простоте минувших времен, к жизни в маленьких, разобщенных поселениях, к отказу от письменности, орудий труда и всего нового.
Прежде всего, Лао-цзы уравнял два понятия: «мудрец» и «правитель».
Действительно, человеку, не познавшему Дао, нельзя доверить управление государством, это сакральное действо, сходное с функциями самого Дао, только в меньшем масштабе. На истинного правителя распространяются качества мудреца.Он ставит себя словесно ниже народа, когда собирается встать над ним как государьГосударь правит не через приказы, а через умы, через «сердце народа». Мало того, он следует «сердцу народа», и тогда он оказывается «своим» для каждого человека.
Даосская мысль об управлении довольно проста: не надо мешать разви-
ваться народу, людям и не следует вносить в гармонию страны свое личностное, указующее начало. На практике оказалось, что идеал правления государством через недеяние не осуществился..
По сути постижение Дао – это признание единого бога. Непримиримым
противоречием казалось Лао-цзы признавать вечность и бесконечность материи. Беспрестанное движение, видоизменение в вещественном мире для него были неоспоримым доказательством того, что вещество условно и подлежит законам пространства и времени, следовательно – невечно и конечно. Конечно, китайцы не дошли до осознания и создания монотеистической религии. Это не было принято самими китайцами. Исторически сложилось, что единый бог был бесполезен. Да и недопонята была идея Дао – всепоглощающего антимира, которое ведет весь мир и достижение которого есть высшая благость – дэ.
Итак, Дао глубоко и невыразимо. Оттого трудно в понимании. Но мож
но с ним соединиться путем недеяния, но не бездействия. Это жизнь в бесцелевом состоянии, но не в отказе от действия. При достижении Дао наступает Благость – дэ, мощное внутреннее состояние. Невозможно стремиться к Дао, Дао само разрешает достичь и познать себя.
2. Основные концепции конфуцианства. Конфуцианский гуманизм.
Фундаментальную же роль во всей истории этической и политической
мысли Китая сыграло учение Конфуция (551–479 гг. до н.э.). Его взгляды изложены в книге «Лунь юй» («Беседы и высказывания»), составленной его учениками. На протяжении многих веков эта книга оказывала значительное влияние на мировоззрение и образ жизни китайцев.
Опираясь на традиционные воззрения, Конфуций развивал
патриархально-патерналистскую концепцию государства. Государство трактуется им как большая семья. Власть императора уподобляется власти отца, а отношения правящих и подданных – семейным отношениям, где младшие зависят от старших.
Правда, его политический идеал состоял в правлении аристократов
добродетели и знания, а не родовой знати и богатых, так что предлагаемая им идеальная конструкция правления отличалась от тогдашних социально-политических реалий и благодаря этому обладала определенным критическим потенциалом. Вместе с тем присущее конфуцианству требование соблюдения в государственном управлении принципов добродетели выгодно отличает это учение как от типичной для политической истории Китая практики деспотического правления, так и от теоретических концепций, оправдывавших деспотическое насилие против подданных и отвергавших моральные сдержки в политике.
Будучи сторонником ненасильственных методов правления, Конфуций
призывал правителей, чиновников и подданных строить свои взаимоотношения на началах добродетели. Этот призыв прежде всего обращен к правящим, поскольку соблюдение ими требований добродетели играет решающую роль.
В целом добродетель в трактовке Конфуция– это обширный комплекс
этико-правовых норм и принципов, в который входят правила ритуала, человеколюбия,заботы о людях, почтительного отношения к родителям преданности правителю, долга и т.д. Вся эта нормативная целостность, включающая в себя все основные формы социально-политического регулирования того времени, за исключением норм позитивного закона, представляет собой единство моральных и правовых явлений.
Вместе с тем Конфуций не отвергал полностью значения
законодательства, хотя, судя по всему, последнему он уделял лишь вспомогательную роль.
До появления Конфуция традиционный миропорядок в Древнем Китае
покоился на трех главных опорах: сакральность государственного порядка, его тоталитаризм и примат кровнородственных отношений во всех сферах общественного бытия, от сакральной и до бытовой. Общая политическая структура и ее составляющие считались существующими по воле Неба. Основными символами государственной власти являлись алтари Земли и Злаков. Политическая организация общества охватывала фактически все стороны общественной жизни, а право на то или иное место в социальной иерархии определялось положением в системе кровнородственных отношений. Конфуций мечтал о том, чтобы общественная структура или, по крайней мере, определяющая ее часть превратились в сообщество этически совершенных людей. Именно людей, а не подданных, и не родственников.
Прежде всего следует отметить, что конфуцианская гуманность в
отличие от своего европейского аналога не является характеристикой поведения, характеристикой каких-то конкретных действий, а служит для обозначения определенного внутреннего состояния. Причем, и это безусловно неожиданно для носителей европейской культурной традиции, преимущественно состояния внутреннего покоя. Гуманность и покой как различные аспекты одного и того же состояния или как причина и следствие - весьма распространенная тема в Лунь юе.
Среди общественных функций ли на первом месте безусловно стоит ли
как средство управления. Конфуций хорошо понимал, что современное ему управление государством связано с большими жестокостями по отношению, прежде всего, к простому народу. Благородной, хотя и явно утопической, мечтой луского мудреца было реформирование государственного управления в целях его гуманизации. По мнению Конфуция, если управлять народом посредством благой силы Дэ и сдерживать его при помощи ли, то есть надлежащих норм поведения, то при таком управлении народ сохраняет стыд.
3. Моизм. Учение Мо-цзы
Основатель моизма Мо-цзы (479–400 гг. до н.э.) развивал идею
естественного равенства всех людей и выступил с обоснованием договорной концепции возникновения государства, в основе которой лежит идея принадлежности народу верховной власти.
В этих целях он по-новому трактовал традиционное понятие «воля
неба» и подчеркивал, что «небо придерживается всеобщей любви и приносит всем пользу». Всеобщность, присущая небу, которое играет в моизме роль образца и модели для человеческих взаимоотношений, включает в себя признание равенства всех людей.
Важное место в учении Мо-цзы занимает требование учета интересов
простого народа в процессе управления государством. «Высказывания, – подчеркивает он, – должны применяться в управлении страной, исходить при этом из интересов простолюдинов Поднебесной». С этих позиций Мо-цзы адресовал конфуцианцам следующий упрек: «Их обширное учение не может быть правилом для мира. Они много размышляют, но не могут помочь простолюдинам». Мо-цзы энергично выступал за освобождение низов общества от гнета, страданий и нищеты.
Как полемику против свойственного конфуцианцам подчеркивания
роли семьи в качестве основной социальной единицы следует рассматривать идею всеобщей любви, выдвинутую Мо-цзы. Из всех идей Мо-цзы именно эта получила наибольшую популярность - ее в первую очередь имели в виду, когда упоминали о Мо-цзы начиная с древности и кончая последними десятилетиями.
Истинный характер 'всеобщей любви' раскрывается ярче всего в том,
как Мо-цзы предлагает ее осуществить. Здесь следует различать два способа. Один из них заключается в попытке убедить всех людей, что альтруизм им выгоден. При этом Мо-цзы, сам того не замечая, соскальзывает на позицию той самой обособленности', которую он только что требовал отбросить. 'Если исполненный любви к своим родителям сын думает об их благе, - говорит Мо-цзы, - хочет ли он, чтобы люди любили его родителей и делали то, что для них полезно, или же он хочет, чтобы люди ненавидели их и приносили им вред? Ясно, что он хочет, чтобы люди любили его родителей и делали то, что для них полезно. Как же я, будучи любящим сыном, могу осуществить это? Может быть, я сначала буду любить других людей и делать то, что им полезно, а они уже потом, чтобы отплатить мне, будут любить моих родителей и делать то, что для них полезно?.. Если все мы будем поступать как любящие сыновья, то не лучше ли всего будет сначала любить родителей других людей и делать то, что им полезно?'. Таким образом, 'всеобщность', превращаясь здесь в путь к 'обособленности', утрачивает характер безусловного постулата. Но в качестве средства эгоизма положение 'всеобщей любви' не может быть прочным; вряд ли можно сомневаться в том, что эгоизм сумеет найти для себя более удобные и быстродействующие орудия.
Еще более интересен второй предлагаемый Мо-цзы способ воплощения
его идеалов. Он заключается в том, чтобы убедить правителей в выгодности всеобщей любви. 'Если правители найдут в этом удовольствие и станут побуждать к этому при помощи наград и похвал, с одной стороны, и угрозы наказания - с другой, то я думаю, что люди так же устремятся ко всеобщей любви и взаимной выгоде, как огонь поднимается вверх и вода спускается вниз, и ничто в Поднебесной не сможет их остановить'. Осуществление 'всеобщей любви' передается, таким образом, в руки правителей, которые при помощи наград и наказаний могут заставить тех, кого не убедили доводы искусного ритора, понять, что самое выгодное для них - это любить друг друга.
Оба способа осуществления всеобщей любви объединяет одно: они
исходят из предпосылки, что человек делает лишь то, что ему выгодно. Если Конфуций наряду с идеалом послушного сына и примерного подданного создает идеал человека, действующего из бескорыстного стремления воплотить в жизнь нравственные ценности, то Мо-цзы уверен, что человек озабочен только тем, чтобы доставить себе удовольствие и избежать страдания. Никаких других мотивов Мо-цзы не признает. И, хотя он требует от людей максимального альтруизма, достичь его при таком подходе можно лишь при помощи воздействия на человека извне наказаниями и наградами. Если для Конфуция в центре стоял человек и политика трактовалась как сфера этики, говорившей об отношении человека к человеку, то Мо-цзы, перенося центр тяжести на государство, совершает решающий шаг в направлении политизации китайской общественной мысли.
Отказавшись от идеала личности и перенеся все свои надежды на
идеальное государство, Мо-цзы создал первую в Китае утопию.
4. Легизм. Школа «законников»
Основные идеи древнекитайского легизма изложены в трактате IV в до
н.э. «Шанцзюнь шу» («Книга правителя области Шан»). Ряд глав трактата написан самим Гунсунь Яном (390– 338 гг. до н.э.), известным под именем Шан Ян. Этот видный теоретик легизма и один из основателей школы «законников» (фацзя) был правителем области Шан во времена циньского правителя Сяо-гуна (361–338 гг. до н.э.).
Шан Ян выступил с обоснованием управления, опирающегося на
законы (фа) и суровые наказания. Критикуя распространенные в его время и влиятельные конфуцианские представления и идеалы в сфере управления, Шан Ян замечает, что люди, придерживающиеся подобных взглядов, могут лишь занимать должности и блюсти законы, однако они не способны обсуждать (вопросы), выходящие за рамки старых законов.
Представления легистов о жестоких законах как основном
средстве управления тесно связаны с их пониманием взаимоотношений между населением и государственной властью. Эти взаимоотношения носят антагонистический характер по принципу «кто кого»: «Когда народ сильнее своих властей, государство слабое; когда же власти сильнее своего народа, армия могущественна».
В целом вся концепция управления, предлагаемая Шан Яном,
пронизана враждебностью к людям, крайне низкой оценкой их качеств и уверенностью, что посредством насильственных их можно подчинить желательному порядку. Причем под «порядком» имеется в виду полнейшее безволие подданных, позволяющее деспотической центральной власти мобильно и без помех манипулировать ими как угодно в делах внутренней и внешней политики.
Ряд суждений о необходимости изменений законов в соответствии с
изменившимися требованиями времени имеются в названной легистской работе «Рассматривать все по нынешнему времени». «Любой закон прежних правителей,– подчеркивал автор этого трактата,– был необходим в свое время. Время и закон развиваются не одинаково, и, пусть старые законы дошли до нас, все же копировать их нельзя. Поэтому следует выбирать из готовых законов прежних правителей и брать за образец то, чем они руководствовались при выработке законов».
Попытки исторического подхода к закону придавали легистской
концепции в целом большую гибкость и содействовали ее приспособлению к нуждам политической практики и законодательного процесса. Одновременно, как мы видели, предпринимались попытки легистской переинтерпретации ряда идей даосизма и конфуцианства с целью использовать все идеологически влиятельные и регулятивно значимые концепции управления в интересах бюрократически-централизованной власти.
В результате всех этих усилий уже ко II в. до н.э. официальная
государственная идеология в Древнем Китае совмещала в себе положения как легизма, так и конфуцианства, причем последнему нередко, по существу, отводилась роль привлекательного фасада и прикрытия. Подобный идейно-теоретический симбиоз различных концепций управления и правопонимания сыграл значительную роль во всем последующем развитии государства и права в Китае.
Заключение
Вопрос о знании и его источники сводился в основном к изучению
древних книг заимствованию опыта предков. Древнекитайских мыслителе не интересовало понятийно-логическая основа знания. Конфуций считал основным методом получения знаний - обучения, а источником знания древнее придание и летописи.
Превратившись в освященную авторитетом веков традицию и
привычку, конфуцианский образ мышления став серьезным препятствием развития науки и мысли в Китае.
Антиподом конфуцианства была школа ранних и поздних моистов. Их взгляды на познание были не только обобщением достижений китайских мыслей V-III в. до н. э. в области изучения мышления и процесса познания, но вершиной достижения китайской философии в области гносеологии и логики вплоть до конца XIX в.
Заслуга Мо-цзы и моистов (а также, пожалуй и легистов) в истории
китайской философии состоит в том, что они первыми начали изучать сам процесс познания, поставили вопрос о критерии знания, об источнике знания, о путях познания человеком окружающего мира и самого себя. Они рассматривали вопросы о целях и практическом значении знания.
Исторически сложилось так, что развитие Китая в течение длительного
периода времени шло обособленно от развития европейских стран. Знания китайцев об окружающем их мире были очень ограниченными это способствовало появлению Древнем Китае представлений о том, что Китай является центром мира, а все остальные страны находятся в вассальной зависимости от него.
Что же касается Европы, то она по-настоящему “открыла” Китай лишь
в период позднего средневековья, когда после путешествия Марка Пола в Китай стали прибывать миссионеры для обращения многомиллионной массы китайцев в христианство. Миссионеры плохо знали историю страны, ее культуру, не сумели понять ее культуру и традиции. Это привело к искажению истинного облика китайской культуры, в том числе и основной части философии.
С легкой руки миссионеров Китай то представал как страна особых, неповторимых в своей оригинальности традиции и культуры, где люди всегда жили по иным социальным законам и нравственным нормам, чем в Европе, то как страна где якобы в первозданной чистоте сохранились утраченные на Западе истинные моральные принципы. Это привело к появлению двух диаметрально противоположных точек зрения на историю китайской культуры и философии, одна из которых сводилась к противопоставлению западной и китайской культуры и философии за счет принижения последних, а другая - к превращению отдельных элементов китайской культуры в том числе и философских учений (конфуцианство), в образец для подражания.
Список использованной литературы
1. История политических и правовых учений. Под ред. В. С. Нересянца, М., 1999.
2. История политических и правовых учений. Древний мир. М.: Наука, 1985.
3. История Древнего мира. Под.ред. Уткина А.И., М-85 г.
4. Краткий очерк истории философии. М., 1981
5. Гуревич П. С., Столяров В. И. Мир философии. М., 1991.
6. Спиркин А. Г. Основы философии. М., 1988.
7. Васильев Л.С. История Востока. — Т.1.
8. Лао-цзы «Дао-Де Цзинь», М. 2003.
9. «ШанЦзюнь Шу» (книга правителя области Шан). М., 1968
Федеральное казенное образовательное учреждение Высшего профессионального образования «Кузбасский институт Федеральной службы исполнения наказаний» Кафедра ________________________________________________ К о н т р о л ь н а я
Copyright (c) 2025 Stud-Baza.ru Рефераты, контрольные, курсовые, дипломные работы.